Опубликована статья о преподобных Ефреме и Моисее, святых родом из Венгрии

Ко дню преподобного Ефрема Новоторжского (24 июня по н.ст.), православного святого, родом из Венгрии, в популярном русскоязычном журнале «Венгрия для Вас» опубликовано окончание статьи настоятеля Хевизского православного прихода протоиерея Николая Кима  «У истоков русской святости. Как три брата венгра оказались среди первых русских святых». Ниже размещаем текст публикации: 

У истоков русской святости

Как три брата венгра оказались среди первых русских святых

Окончание. Начало см. в предыдущих выпусках журнала.

Часть 3. Старшие братья святого отрока Георгия – преподобные венгры Моисей и Ефрем

Преподобный Моисей венгр, Киево-Печерский чудотворец

Подвиг венгерского воина Георгия оказал влияние на жизненный выбор его старших братьев Моисея и Ефрема. Об одном из них, преподобном Моисее Угрине (угрин, значит венгр), монахе Киево-Печерского монастыря, подробно рассказывается в Киево-Печерском патерике. О другом брате, преподобном Ефреме, основателе Новоторжского Борисоглебского мужского монастыря, сообщает его Житие. Оба они канонизированы и причислены к лику святых, в земле Российской просиявших: преподобный Моисей Угрин Печерский (память 26 июля), и преподобный  Ефрем Новоторжский (память 28 января).

Старшие братья Георгия видимо были в составе войска, которое отпустил князь Борис. Когда весть о кровавой расправе на Альте дошла до них, они пришли на место гибели своего брата и нашли его обезглавленное тело и голову.

Надо попытаться поставить себя на их место, представить, какую бурю чувств они испытали над телом любимого брата. И здесь нас ждет снова неожиданный поворот, непонятное для обычного человека решение, особенно если принять во внимание характер и обычаи того времени. Не месть, а вера берет верх в сокрушенных сердцах братьев. Ненависть не к убийцам, которые являлись лишь орудием в чужих руках, и даже не к Святополку. А ненависть к отцу всех убийц и всего зла, к сатане, вот что завладело ими до конца дней их земной жизни. Они не ринулись в погоню, не пошли к князю Ярославу, собирающему дружину для восстановления справедливости на русской земле, а вышли на битву с главным убийцей их брата, сатаной — источником всего зла в мире. Поистине великий и мужественный шаг! И самое важное, что это не была мимолетная экзальтация, сиюминутное решение. Вся последующая жизнь Моисея и Ефрема свидетельствует о  том, что этот выбор у бездыханного тела младшего брата был тверд, осознан и непреклонен.

Битва, на которую вышли эти два лучших воина, была тяжелей и опасней всех кровавых битв, в которых они участвовали. И враг был невидим, и оружие было для них поначалу непривычное:  «щит веры, шлем спасения и меч духовный, который есть Слово Божие» (Еф.6:17). Но они были готовы к любым испытаниям, и вышли победителями из этой невидимой брани, как показала их дальнейшая судьба.

Простившись с братом, Моисей направился в Киев, но когда польский король Болеслав в 1018 году захватил город, он вместе с другими русскими воинами попал в Польшу, как пленник. Наверно, он действительно был одним из лучших воинов своего времени и выделялся из окружающих своей силой и решительностью. Кроме того, видимо, он был хорошо сложен и красив, потому что, даже будучи в плену, обратил на себя внимание одной богатой и знатной вдовы, которая воспылала к нему страстью и захотела сделать его своим мужем. Несмотря на отказ Моисея, имевшего только одно стремление, уйти из мира и стать иноком, женщина выкупила его из плена и пыталась прельстить воина властью и богатством, пирами и ласками. Но Моисей решительно отверг все предложения, отвечая, что не променяет духовные богатства на тленные вещи этого мира и будет иноком. Промыслом Божиим оказавшийся в тех местах один афонский иеромонах постриг святого Моисея в иночество, после чего разъяренная окончательным отказом женщина приказала растянуть святого Моисея на земле и бить его палками так, чтобы земля напиталась кровью.

Такую поразительную стойкость в вере и благочестии невозможно объяснить иначе, как подлинным внутренним преображением, катарсисом, произошедшим в те страшные часы над телом убитого брата. Моисей, из славного ратника превратившись в воина духа, выдержал не только муки обычного плена, но и более сложные испытания всеми земными соблазнами. Позже в Киево-Печерском патерике о нем напишут как о подвижнике, носящем  на «себе мученичьскыа раны и венец исповеданиа, яко победитель храбор Христов».

Вскоре Господь воздал каждому по его заслугам еще в этой земной жизни. Польского короля Болеслава в 1025 году постигла внезапная смерть. В стране началась смута, в которой погибла и эта знатная вдова, а Моисей, залечив раны, в 1031 году вернулся на Русь вместе с другими пленниками, благодаря усилиям Ярослава Мудрого. В том же году Моисей достиг монастырской обители и оказался под руководством основателя русского монашеского жития преподобного Антония Киево-Печерского. Но даже среди учеников этого великого аввы Моисей выделялся силой духа и твердостью в борьбе с невидимыми врагами христианина – искушениями и соблазнами.

Моисей подвизался в Печерском монастыре больше десяти лет. Постом и молитвой он восходил от силы в силу и сподобился от Бога многих духовных даров, прозорливости и чудотворений. Он предвидел свою кончину. Причастившись Святых Христовых Таин, он покинул земной мир 26 июля 1043 года и был погребен в Ближних пещерах, где его святые мощи и поныне лежат нетленно в пещере преподобного Антония.

Известно, что другой великий подвижник этой обители – преподобный Иоанн Многострадальный слышал Божественный голос, который сказал, что преподобный Моисей в своем подвиге целомудрия стал выше Иосифа Прекрасного (библейский персонаж, один из сыновей патриарха Иакова). Здесь, как и в отношении святого Бориса, повторившего путь библейского Авеля, убитого братом Каином, мы можем сказать, что житие преподобного Моисея это новозаветный извод истории ветхозаветного праведника Иосифа, на более высоком, евангельском уровне.

В Киево-печерском Патерике посвящены венгру Моисею такие строки:

«И наш преподобный Моисей воистину сподобился быть Боговидцем — он оказался достойным блаженства чистых сердцем. И, чтобы видеть Бога лицом к лицу, переселился месяца июля 26-го дня, еще при жизни преподобного Антония, в пещере которого лежат доныне нетленно чудотворные мощи этого святого, не растлившего чистоты мужа».

Преподобный венгр Ефрем Новоторжский

Другой брат Георгия – Ефрем после трагедии на реке Альте пошел в леса на север и поселился в уединенном месте на берегу реки Тверцы, недалеко от городка Торжка. Он унес отсеченную главу любимого брата с собой и хранил ее до конца жизни. На свои средства Ефрем построил странноприимный дом и стал заботиться о нищих и странниках, как это было принято среди благочестивых людей Древней Руси.

Через несколько лет Русская Церковь уже почитала новоявленных святых страстотерпцев Бориса и Глеба, были открыты их чудотворные мощи и установлено церковное празднование. В 1038 году Ефрем вместе со своим учеником преподобным Аркадием Новоторжским и другими монахами построил храм в честь этих святых. При храме образовался Борисоглебский Новоторжский мужской монастырь, в котором Ефрем стал настоятелем, и оставался им до глубокой старости. Умирая, он завещал положить главу брата Георгия с собой в гроб, который сам высек, что братия монастыря и исполнила. Скончался преподобный 28 января 1053 года.

Господь прославил преподобного Ефрема даром чудотворения. К примеру, через несколько веков, уже во времена Ивана Грозного царские слуги, грабившие народ и обители вдоль реки Тверцы, были вразумлены и приведены к покаянию чудесным образом явившимся им преподобным старцем Ефремом.

11 июня 1572 года Новгородский архиепископ Леонид по пути из Москвы в Новгород посетил Борисоглебский монастырь. Когда настоятель показал ему гробницу чудотворца, архиепископ приказал вскрыть ее. Тогда все увидели, что тело преподобного нетленно и ощутили благоухание. В гробе находилась и глава святого Георгия Угрина. После этого события в 80-х годах XVI века было установлено церковное почитание преподобного Ефрема.

Сохранилось описание раки с мощами преподобного Ефрема в Борисоглебском соборе, сделанное в начале ХХ века, согласно которому, в ней находилась и честная глава святого Георгия Угрина, покрытая черным бархатом, с изображением на финифти главы мученика и с надписью вокруг нее из мелкого жемчуга: «Глава мученика Георгия, Новоторжского чудотворца».

К глубокой скорби верующих, 5 февраля 1919 года гробница преподобного Ефрема была вскрыта по указанию новой безбожной власти, а после ликвидации Новоторжского монастыря в 1931 году мощи преподобного Ефрема и глава святого Георгия Угрина были изъяты из собора, дальнейшая судьба их неизвестна.

В акафисте  святому преподобному Ефрему  Новоторжскому чудотворцу мы читаем:

«Видя брата своего Георгия, со благоверным князем Борисом убиенна, главу брата, яко сокровище многоценно восприяв, хранил еси, и взирая на нее, суету благ мира сего, и час свой смертный всегда помышлял еси. Темже мир и вся благая его оставив, инок был еси, да единому Богу живеши, поя Ему: Аллилуиа».

Заключение

Знаменательно и символично, что два брата венгра, преподобные Моисей и Ефрем, явили собой два пути благочестия русского иночества, которые в будущем наиболее ярко были выражены в жизни и учении двух других святых подвижников – преподобных Нила Сорского и Иосифа Волоцкого. Как Нил Сорский был молитвенник и непреклонный воин в борьбе с внутренним врагом, так же и Моисей являл пример стойкости в невидимой брани. А его брат Ефрем был подобен Иосифу Волоцкому, неутомимому храмостроителю и организатору монашеского жития. Но, в отличие от спора этих двух великих святых, столпов русской духовности, родственные отношения двух братьев-венгров, как бы за несколько веков предуказали, что важны оба направления духовной жизни и не в противопоставлении, а в братской всепонимающей любви.

Мы видим, что прославления святых венгров – Георгия, Моисея и Ефрема, их церковные канонизации, проходили совершенно независимо друг от друга, даже с промежутком в несколько веков. То есть каждый из них достиг святости благодаря только своему личному благочестию, никто из них не был причислен к лику святых, потому что он был братом прежде признанного святого. И это само по себе удивительное явление, когда все три брата имеют настолько сильную веру и крепость духа, что становятся святыми.

Также примечательно, что эти братья были венгры, а прославлены в русской Церкви. Этот факт заставляет нас снова и снова задуматься о том, что во Христе «нет ни эллина, ни иудея, ни обрезания, ни необрезания, варвара, скифа, раба, свободного» (Кол.3:11), и что каждый человек, независимо от звания, национальности, либо другого какого качества, любим и призван Богом к вечной жизни.

Дальнейшая история показывает, что связи древней Руси и Венгрии со временем только укреплялись. Практически через весь домонгольский период прослеживаются активные контакты венгерских королей с русскими князьями. Здесь были и династические браки и неоднократно оказываемая взаимная военная помощь. Причем, важно отметить, что военные компании того времени никогда не носили агрессивный, захватнический характер ни со стороны Венгрии, ни со стороны Руси. Войска и дружины той и другой страны участвовали во внутренних конфликтах между претендентами на венгерский престол или на стол того или иного русского княжества. Но, добившись успеха, войска союзника возвращались к себе на родину, об иностранной оккупации не могло быть и речи.

Завершая наш краткий обзор этой древней и славной истории наших народов, мы должны напомнить, что в основе современного взаимного интереса России и Венгрии лежит не только многовековой опыт политической и военной взаимопомощи, но и молитвенное предстательство пред Богом наших общих святых, трех братьев-венгров, стоящих у истоков русской духовности.

Протоиерей Николай Ким,

настоятель Хевизского православного прихода